Похоже, эффект домино, о котором предупреждали сторонников независимости Косово трезвые головы, не за горами. Вслед за Грузией без своих искусственных аппендиксов могут остаться многие страны Европы, Азии и Африки.

Приднестровье

Как и в Южной Осетии, в Приднестровье еще в 2006 году был проведен референдум, на котором 97% граждан высказались за независимость республики от Молдавии и последующее «свободное присоединение» к России. Однако оказаться в составе нашей страны жителям этой республики будет намного сложнее, чем южным осетинам, которые мечтают воссоединиться со своими северными собратьями.

Первая реальная возможность полюбовно разрешить приднестровский конфликт появилась в 2003 году, когда тогдашний первый замруководителя администрации президента России Дмитрий Козак предложил свой план урегулирования. По нему Молдавия должна была стать «асимметричной федерацией», Приднестровье и Гагаузия получали особый статус, половину мест в парламенте, а значит, и возможность блокировать любой нежелательный для себя законопроект. При этом Молдавия должна была демобилизовать армию.

Но в последний момент президент Молдавии Владимир Воронин (по некоторой информации, посоветовавшись с верховным представителем ЕС Хавьером Соланой) передумал подписывать «план Козака». Как рассказали «Известиям» свидетели тех драматических событий, перед подписанием Воронин был сильно взволнован, а после звонка Солане впал в отчаяние. «Я не могу подписать этот документ! Что мне делать?» — восклицал он. «Ну вы же офицер. Застрелитесь!» — пошутил в ответ ироничный Козак.

Спустя полтора года украинский лидер Виктор Ющенко предложил свой план. Он допускал прямое общение международного сообщества с Тирасполем без участия Кишинева, а также право Приднестровья на полное отделение от Молдавии в случае утраты ею независимости (некоторые политические силы Молдавии ратуют за присоединение к Румынии). В плане также не было ни слова о выводе из Приднестровья российских войск. Сама непризнанная республика встретила этот план с радостью. Что касается Кишинева, то он поначалу одобрил инициативу Ющенко, однако летом 2005 года парламент Молдавии принял законопроект «О статусе Приднестровья», согласно которому российские миротворцы обязаны были немедленно покинуть регион.

Сейчас Ющенко предлагает уже совсем другой сценарий. Принимая на днях в Киеве президента Румынии Трояна Бэсеску, он призвал коллегу «активно размораживать приднестровский конфликт». Очевидно, у столь высоких «миротворческих устремлений» украинского главы сугубо корыстный характер: отвлечь очередным противостоянием Россию от ситуации в Крыму, выиграть время и вступить в НАТО. Не случайна спешка, с которой Ющенко рвется в альянс, — назревающий конфликт на полуострове поставит трансатлантическую интеграцию Украины под угрозу.

Ситуация в Приднестровье принципиально отличается от той, что сложилась в Южной Осетии, а президент Воронин — не то же самое, что грузинский лидер Саакашвили. В отличие от Грузии Молдавия гарантировала свой нейтральный статус, отказавшись от перспективы вступления в НАТО, что явно устаивает Кремль. Кроме того, у России нет общей границы с Приднестровьем, что крайне затрудняет вмешательство Москвы в гипотетический конфликт. Впрочем, сами приднестровцы заявляют, что воевать не хотят и возможности такой не имеют.

Турецкая Республика Северного Кипра

Ситуация с Южной Осетией и Абхазией вызывает наибольшие аналогии с кипрским конфликтом. Не случайно российский министр иностранных дел Сергей Лавров вспоминал Кипр в связи с последними событиями. После переворота в Греции и вторжения турецких войск в 1974 году остров Кипр остается разделенным по этническому принципу на турецкий cевер и греческий юг. Северный Кипр объявил о своей независимости в 1983 году, с тех пор эта часть острова называется Турецкой Республикой Северного Кипра. Ни одна страна в мире (кроме Турции, чьи войска находятся там до сих пор, именуясь миротворческими) не признает это государство.

Однако развитие событий там скорее всего пойдет по несколько иному пути. Сказывается географическое положение территории — разделить остров теоретически можно (что там в действительности и произошло), но вряд ли кому-то нужна лишь его половина. Поэтому проще и выгоднее для всех его объединить. Тем более что одна половина  — греческая Республика Кипр — уже стала членом Евросоюза.

Недавно, после долгих лет вражды, греки и турки-киприоты вновь заговорили об объединении острова: президент Республики Кипр Димитрис Христофиас и лидер самопровозглашенной Турецкой Республики Северного Кипра Мехмет Али Талат наметили очередной этап переговоров на 3 сентября. В апреле в столице острова Никосии уже снесли бетонную стену, разделявшую город, — радостное событие для его жителей.

Юридическое объединение скорее всего произойдет, но фактически и север, и юг острова продолжат жить своей собственной жизнью. Северный Кипр испытывает серьезные экономические трудности (там нет ни развитого сельского хозяйства, ни промышленности), что не может не сказываться на жизни турецкой общины: каждый день тысячи турок-киприотов уходят в греческую часть в поисках работы. Единственной строкой дохода в госбюджете можно назвать скупку недвижимости иностранными инвесторами. Кстати, греческий Кипр этих сделок не признает.

Известия