Гражданин Великобритании, бывший узник тюрьмы в Гуантанамо, дал  свидетельские показания о том, через какой ад ему пришлось пройти. Он утверждает, что Гуантанамо – это концентрационный лагерь, где пытают и унижают человеческое достоинство. «Солдаты постоянно избивали заключенных в камерах. Они плевали и мочились в пищу, кидали на пол Коран и топтали его ногами».

Свидетельствует Шафик Расул (Shafiq Rasul)  — Накануне теракта в Нью-Йорке он отправился из Типтона (Tipton), расположенного на севере Великобритании в Пакистан на свадьбу к своему другу, уроженцу того же города. Однако решение завернуть к родственникам в Афганистан круто изменило его судьбу.  

 Его появление в Кандагаре по временеи  совпало с терактом.  Пытаясь выбраться из города,  он был задержан патрулем контингента НАТО. После допроса, когда стало понятно, что Расул владеет английским языком, он передан американцам, которые отправили его в Гуантанамо, где он находился с 14 января 2002 года по 9 марта 2004. Освободили его без объяснения причины задержания и без извинений.

Вот его рассказ:

"Моя камера представляла собой клетку, как в зоопарке, размером 2 на 2 метра. Если лил дождь, то я промокал насквозь. Если жарило солнце,  мне это не разрешали прикрыться полотенцем, поэтому часто кожа покрывалась волдырями от солнечных ожогов. Спал на полу. В углу – параша. Кормили так. Утром разбавленный кофе и яичная болтунья, на обед ужасный суп и немного картофеля с мясной подливой, на ужин немного риса с фасолью.

Я прибыл со второй партией арестованных. В каждой камере находилось по одному заключенному. Вначале нам не позволяли разговаривать друг с другом, но потом разрешили. Мне выдали комбинезон оранжевого цвета, носки очки с темными стеклами и маску, полностью закрывающую лицо. Когда меня вызывали на допросы, то задавали только один вопрос: „Ты состоишь в Аль-Каиде?“. И сами же отвечали на него: „У нас есть свидетельские показания против тебя“.

Они сбрили мне бороду, чем нанесли оскорбление как мусульманину. Солдаты постоянно избивали заключенных, причем нередко ногами. Я скоро так ослабел, что не мог стоять на ногах в камере, что, к счастью, было запрещено